ПОССЫЛКИ

В забайкальских СМИ и читинском секторе интернета принято кидаться в две крайности. Одни кричат, что славная столица Забайкальского края с каждым городом только хорошеет – подохните, завистники, и дайте людям работать, а вторые о том, что в каждом углу – свалка и Михалёва на мыло. Я как опытный автор достопочтенного ресурса, бывал и в той, и в другой крайности. И там и там, понятное дело, – сыро. Правда, как всегда, в первой трети – если слева, и во второй трети – если справа.

Вот, например, что говорил в интервью газете «Читинское обозрение» в номере от 21 октября главный архитектор Читы Владимир Старостин: «Сейчас обустраивается набережная Читинки. Неплохо было бы установить там цветомузыкальный фонтан. Нужны фирмы, занимающиеся энергосберегающими технологиями, работающие по утеплению зданий, рациональному использованию энергии, снижению тепловых потерь».

Или вот: «Задача – все торговые точки привести к единому стилевому решению. Каждый коммерсант, переводя жилое помещение первого этажа под магазин, оформлял свою часть фасада так, чтобы выделиться среди других. Это создало архитектурный хаос. В постсоветское время все города этим переболели. Мы будем выбирать лучший вариант оформления фасада для первых этажей. Главный художник города разрабатывает цветовое решение для каждой улицы».

Или ещё: «У нас сегодня даже парк ОДОРА простаивает. Когда-то было предложение в конце парка открыть закусочные, шашлычные – от всего этого отказались. А вот культурно-зрелищное заведение там разместить уместно. Через парк проходит аллея — великолепный естественный «материал» для организации таёжного ландшафта».

И последний кусочек: «А ещё нужно, чтобы у домов были просторные дворы. Сегодня очень плотная застройка ведётся».

В целом хорошее интервью – умное и целостное. То есть куски сверху вырваны из контекста и демонстрируют только то, на чём я хочу заострить внимание. На самом деле видно, что Старостин в теме и радеет за своё дело. Ну и интересно послушать, чего там будет с обликом родного города – хотя бы в каких-то отдельных деталях (абзац написан без сарказма, да).

Я снимаю гараж в гаражном кооперативе «Мотор», который совсем недалеко от той самой набережной, где хотят делать цветомузыкальный фонтан. Набережную делают давно. Я иногда летом, поставив машину, хожу на мост, который по Богомягкова, и стою там. Смотрю по сторонам. С моста отлично видно, как строится мост на Мостовой. Вечером там клёво смотреть на закат. А если есть нормальный фотоаппарат, которого у меня нет, то можно всякое фотографировать.

Ну и вот. Постояв на мосту, я обычно перехожу дорогу и иду домой – по Кастринской до Анохина. По Анохина до Журавлёва. Потом по двору до подъезда, на лифте и домой.

Вообще, катастрофа начинается ещё в гаражном кооперативе. То есть, видимо, принято, чтобы в гаражном кооперативе, которому 200 лет в обед, всё было страшно – разновеликие гаражи, кривые подъезды, страшные ворота и болтающиеся на ветру старые объявления, за которыми не видно столбов. Потом идёт раздолбанный подъём, на котором зимой больше остальных корячатся заднеприводные гопнические «чайники» и «кресты». Но и это можно списать на особенности гаражнокооперативной действительности. Но выше начинается город, и на этот город страшно смотреть.

На въезде на мост начинаются перила для пешеходов. В них периодически залетают машины, и они ужасно мятые. Этим летом после ливней их вместе с куском тротуара смыло вниз – в направлении ещё одного кооператива. Страшная дыра зияла почти месяц, а потом приехал самосвал и свалил туда кучу песка. Стало полегче.

На самом перекрёстке, если выворачивать с Кастринской вниз по Богомягкова, есть славная дыра, в которую сливается дождевая вода. На ней стоит прочная решётка. Её периодически воруют, а иногда просто выдавливают вниз машинами. И дыра остаётся открытой. Большинство водителей про неё знают, кто-то, не зная, видит глазами, а кто-то тупой – ни черта не знает, не видит, едет быстро и зачем-то впритирку к бордюру. И влетает правым передним колесом в эту яму. И чего-нибудь себе отрывает. Я за годы обитания в «Моторе» видел три таких машины и слышал, что говорят водители.

За кольцо вправо – в сторону Малой нервным людям лучше не ходить. Особенно летом и особенно после дождя. Именно поэтому я и не хожу, а иду домой. На Кастринской взгляду надо вытерпеть грязные, залепленные всяким хламом стены домов, раздолбанный до каких-то катастрофических трещин асфальт, машины, заезжающие во дворы по тротуарам, рекламу ТНТ и зияющие посреди дороги люки канализационных колодцев без крышек. Но это сопли.

А вот строящийся дом на перекрёстке Анохина и Курнатовского – это ни фига не сопли. Это самый настоящий бардак, помноженный на наглость и скотство. Дом строят года два или три. Я всё время хожу мимо, и там постоянный срач и вонь. То есть возненавидеть всех строителей города можно не только после их нытья про то, как они продают квадраты чуть ли не по себестоимости, а себестоимость эта никак не меньше 30 штук, но и после каждодневных путешествий около дома по улице Курнатовского, 6. Это, кстати, тот самый перекрёсток, где стояли деревянные старые дома, хозяева которых никак не хотели уезжать, и дома потихоньку жгли. Старый дом там теперь один – около второй школы, а слева от него незатихающая стройка.

С самого начала строители показали себя во всей красе, скроив для пешеходов навес и деревянный тротуарчик из старых досок, которые на третий день были сломаны или сломались сами. За хлипким забором славные строители соорудили домик для строителей-китайцев и где-то там в глубине воткнули, видимо, скворечник. Теперь тут три года на всю ширину улицы Анохина воняет вонючей китайской едой, сортиром и дерьмом. Сломанные гнилые доски сменили на не сломанные гнилые доски года через два – после того, видимо, как кто-то из прорабов порвал о торчащие гвозди свою прорабью морду. Ну и я бы на месте руководства второй школы давно уже поднял ор на полгорода, потому что по деревянным тротуарам, создающим иллюзию безопасности, никто не ходит – доски сломаны и гвозди торчат – и детишки ходят по проезжей части. Мозгов у этих детишек нет просто потому, что это детишки, и как там ещё никого не задавили – я не знаю.

Вторая школа могла бы быть островком благополучия – тут всегда чисто, но детишки изрисовали ей все стены идиотскими надписями в стиле: «Здесь был такой-то баран». Понятно желание детей увековечить память о себе. Хотя я чего-то не припомню, чтобы на моей школе кто-то рисовал огромными буквами свои имена и названия классов. Идиотов при этом хватало. Может быть, руководство второй школы думает, что самовыражение детей достойно увековечивания, но если всякое самовыражение детей с несформировавшейся психикой увековечивать в кирпиче, то я лучше уеду жить в Маньчжурию. Так или иначе, вся эта сублимированная грязь висит на стенах годами, и руководству второй школы я передаю большой пролетарский привет.

Ладно бы, там были бы нормальные картинки. Граффити. Умные напутствия. Цитаты классиков. Но там написано «11 Б!!!». Я сразу думаю о том, что эти дети учились и в седьмом классе.

Потом я прихожу к своему дому. Журавлёва, 16. Раньше внизу был магазин «Рубин», и я до сих пор говорю таксистам: «До «Рубина». Пока помнят. Теперь внизу городское казначейство. Переехав, эта контора выкрасила половину первого этажа дома в коричневый цвет и пробила со стороны двора пару окон. Остальное оставила как есть – грязный кирпич радует взгляд в районе косметологической клиники.

Ну и про двор можно много тут распаляться. Я, к тому же, уже много раз распалялся. Ситуация при этом за год последний изменилась. Как-то жители дома объединились, сделали там площадку для детей, всё, что могли – подправили. Думали даже закрыть двор на специальные автоматические ворота, как во дворе «Молодости», но пожарные запретили – во дворе детский сад и вообще, не фиг. Вот дому по улице Лермонтова, 15 и штабу Сибирского военного округа можно загораживать себе дворы железными заборами – чтобы машины было удобнее ставить, а по Журавлёва, 16, видимо, нельзя. Вопрос, кстати, с распивающими на лавках пиво гопниками летом решился удивительным образом после вступления в силу закона о запрете на распитие пива в общественных местах. Начинают, к примеру, внизу орать и швырять бутылки на землю. Выходишь на балкон с трубкой и набираешь 02. Говоришь – так и так, внизу распивают спиртное, нарушают закон номер такой-то, ждём вашего прибытия. Приезжают почти сразу, всех разгоняют. Очень весело. Я раз пять звонил. Один раз мне сказали что-то в стиле, что не приедем, я сразу пообещал написать заявление в прокуратуру. И приехали.

О чём это я… А! Какой, к чёрту, цветомузыкальный фонтан? Какое «цветовое решение для каждой улицы»? Какие «энергосберегающие технологии»? Какой, к чёрту, «таёжный ландшафт»? То есть я за цветовые решения, современные газоны и цветомузыкальные фонтаны. Я при этом слушаю выступления Анатолия Дмитриевича и знаю, что во всём виноваты сами горожане. Но что могут сделать горожане со строителями, которые на два-три года уничтожают в самом центре города кусок оживлённой улицы, заваливая его хламом, вонью и нечистотами, полностью убивая её внешний вид? Писать заявления в прокуратуру? Что делать горожанам, чтобы со стен общеобразовательной школы в том же самом центре исчезли идиотские надписи, демонстрирующие доминирование детской тупости над взрослым наплевательством? Проводить около стен школы митинги? Кто должен объяснить руководству госучреждения – городского казначейства, что если вы покрасили половину дома коричневой краской, то вторая половина дома не станет коричневой по велению горожан? Горожане? Кто должен заделать дыру на Богомягкова и открытый канализационный люк на Кастринской? Горожане? Кто должен останавливать легковые автомобили, катающиеся по тротуарам и спихивающие пешеходов в грязную траву? Горожане? Кто раздаёт разрешения на установку заборов в одних дворах и запрещает в других? Горожане? Кто должен знать, когда кто-то там откроет для людей входы в парк ОДОРА? Горожане?

Цветомузыкальные фонтаны то есть – это славно. Но давайте не отпихивать дерьмо из под ног, а собирать его совочком и вывозить на свалку. А то около вашего цветомузыкального фонтана вечерами будет дурно пахнуть.